На протяжении десятилетий вакцина против гепатита B преподносилась родителям в США как рутинная и не вызывающая вопросов часть ухода за новорождёнными.
Однако критики прививочного календаря всё чаще оспаривают происхождение этой инъекции, утверждая, что изначально вакцина никогда не предназначалась для здоровых младенцев, и что её расширение на всеобщее использование у новорождённых было вызвано скорее фармацевтической экономикой, нежели необходимостью для общественного здравоохранения.
Вакцина против гепатита B была впервые разработана в начале 1980-х годов для взрослых, считающихся группой высокого риска заражения, включая потребителей внутривенных наркотиков, людей с несколькими половыми партнёрами, работников секс-бизнеса и медицинских работников, контактирующих с кровью.
Гепатит B в основном передаётся через кровь и биологические жидкости, и ранние кампании общественного здравоохранения были сосредоточены на факторах риска передачи среди взрослых.
По мнению критиков вакцинации, здоровые новорождённые не были изначальной целевой группой для этой вакцины. Они утверждают, что, когда уровень вакцинации среди взрослых не оправдал ожиданий, федеральные агентства изменили стратегию в сторону всеобщей вакцинации детей.
Доктор Роберт Ф. Кеннеди-младший неоднократно критиковал календарь прививок от гепатита B в своих выступлениях и интервью. В одной из речей Кеннеди заявил, что Merck разработала вакцину специально для взрослых из группы высокого риска, но охват был низким. Он утверждал, что позже федеральные агентства вмешались, чтобы рекомендовать вакцину для детей, по сути, гарантируя огромный рынок.
Вот что сказал Кеннеди:
«Итак, почему мы вакцинируем однодневных младенцев от гепатита B… если они могут заразиться им половым путём — при наличии нескольких партнёров, при гомосексуальных контактах, от работников секс-бизнеса или при внутривенном употреблении наркотиков?»
Кеннеди также утверждал, что больницы и так проверяют матерей на гепатит B, что делает всеобщую вакцинацию ненужной для детей, рождённых от матерей с отрицательным анализом.
Критики говорят, что целенаправленная вакцинация младенцев, рождённых от инфицированных матерей, имела бы больше смысла, чем вакцинация каждого новорождённого.
Ещё один важный момент, который поднимают скептики в отношении вакцин, касается проверки безопасности вакцин. Кеннеди неоднократно заявлял, что детские вакцины не тестировались на инертных солевых плацебо так, как большинство людей предполагает. В одном широко растиражированном интервью он заявил:
«Ни одна из вакцин — из 72 вакцин, которые сегодня вводятся нашим детям, — никогда не тестировалась по сравнению с плацебо».
Он также раскритиковал продолжительность испытаний безопасности перед лицензированием для некоторых вакцин, заявив, что вакцина от гепатита B от GlaxoSmithKline тестировалась всего несколько дней перед одобрением и что столь короткие окна наблюдения не позволили бы выявить долгосрочные неврологические или аутоиммунные проблемы.
«Эти исследования были настолько короткими, — утверждал Кеннеди, — что если бы у ребёнка случился припадок на шестой день, это бы никогда не зафиксировали».
В недавнем эпизоде шоу The HighWire ведущий Дел Бигтри обсудил случай, когда смерть новорождённого после вакцинации от гепатита B, по сообщениям, была признана связанной с вакциной.
Бигтри также указал на нежелательные реакции, перечисленные в инструкции по применению Engerix-B (широко используемой вакцины против гепатита B). Вкладыш включает сообщения о неврологических состояниях, таких как энцефалит и энцефалопатия, среди пострегистрационных нежелательных явлений.
Почему новорождённым рутинно вводят вакцину от болезни, которую многие связывают прежде всего с поведением взрослых и контактом с кровью?
Доктор Роберт Мэлоун также вступил в дебаты, утверждая, что обоснование всеобщей вакцинации новорождённых против гепатита B связано скорее с соблюдением графика, чем с медицинской необходимостью.
В недавнем видео Мэлоун заявил, что чиновники здравоохранения оправдывают введение вакцины сразу после родов тем, что подростков труднее охватить позднее.
Вот что сказал Мэлоун:
«Итак, логика такова: мы должны вакцинировать их при рождении, а затем ещё дважды вскоре после, потому что они не возвращаются, когда становятся подростками. Их трудно тогда охватить. Поэтому мы должны сделать это, когда они новорождённые, когда мы держим их в больнице фактически как заложников».
Мэлоун утверждал, что многих родителей принуждают к принятию вакцины в один из самых эмоционально и физически уязвимых моментов их жизни — сразу после родов. По словам Мэлоуна, вакцина часто включена в стандартные больничные бумаги и процедуры, так что многие родители даже не знают, что могут от неё отказаться.
Он также поставил под сомнение, оправдана ли всеобщая вакцинация новорождённых, когда почти все беременные матери уже проверяются на гепатит B во время беременности.
Критики утверждают, что если у матери отрицательный анализ, то непосредственный риск заражения для ребёнка крайне мал, что делает эту повсеместную рекомендацию труднообъяснимой.
«Когда вы вводите что-то здоровой популяции, у которой нет непосредственного риска заболевания, — сказал Мэлоун, — это чёртово средство должно быть супербезопасным».
Мэлоун далее заявил, что появляющиеся данные о рисках, связанных с вакцинацией новорождённых от гепатита B, заслуживают гораздо более пристального внимания, чем они получают в настоящее время.
Он утверждал, что вопрос не просто в том, существует ли гепатит B или могут ли происходить тяжёлые инфекции, а в том, действительно ли необходима всеобщая вакцинация при рождении, учитывая профиль риска для большинства младенцев.
Эта политика отражает более широкую модель внутри фармацевтической индустрии и истеблишмента общественного здравоохранения: продукты, изначально предназначенные для ограниченного использования, постепенно расширяются до массовых вмешательств, подкреплённых государственными рекомендациями и институциональным давлением.